Юношеская Астрономическая Школа
——————————————— Санкт-Петербург ———————————————
|
Юношеская Астрономическая Школа——————————————— Санкт-Петербург ———————————————
|
Дискурс
|
Илья Лапин
Антимеморандум,
|
|
А то, что в них сидят головорезы,
Так ведь всегда проблемы с мирозданьем... Александр Кушнер |
Собственно говоря, этот текст посвящен некоторым особенностям (дабы никто не придрался к слову "недостатки") современной ЮАШ, коими хочется схематически заняться на досуге, чтобы больная голова выздоровела, а жабы отступили на круги своя. А о том, что хорошо — без меня напишут — см. особенность шестую.
Особенность первая, или OSы на хлебном дереве.
В настоящее время в ЮАШ наблюдается явление, которое я бы назвал идеологическим диктатом Саши Сергеева. В средние времена ЮАШ, о коих я говорить не могу ибо не наблюдал, а точнее годах в восьмидесятых существовало два идеологических полюса — Тронь и Друговейко. Неважно, насколько глубоки были эти идеи, насколько они отвечали пресловутому "духу ЮАШ". Главное, что они в некотором роде противостояли друг другу — как нечто небесное, возвышенное, с одной стороны, и нечто конкретное, приземленное — с другой.
Ныне идеология — полностью прерогатива Сергеева, в силу некоторых причин остальные либо согласны, либо не могут, либо не хотят. Второго полюса, полюса приземленности, частности не наблюдается. Олег Титов, как приземленный директор способен противостоять возникающим утопическим (от слова утопить) проектам, но противостояния, в некотором роде, утопической (от слова утопия) идеологии не возникает.
Наверное, амбивалентность ЮАШ не помешает, и не надо отнекиваться, что мол Сергеев не виноват, что нет второго Сергеева с южного полушария. Пусть развивает шизофрению, если действительно заботится о судьбах ЮАШ.
Особенность вторая, связанная с третьей и с первой.
Начну с примера.
Однажды, когда суровые вьюги и дикие тучи заполонили город, я разговаривал с одной учащейся о книге, кажется о Воннегуте. Мимо проходил Олег, услышал и сказал: Бродского пусть читают лучше, Бродского... (он не слышал о каком писателе именно шла речь). За дословность высказывания не поручусь, потому и не закавычу.
После всего этого мне вспомнилось, что по рассказам, в большинстве предыдущих экспедиций читался вслух именно Бродский. Хотя опять-таки не поручусь — слова чужие, верить нельзя, враг не дремлет.
Собственно говоря, это и есть вторая особенность.
Особенность третья, со второй несвязанная, но осязаемая из четвертой.
У ЮАШ долгая история. Ею можно гордиться. Из нее можно не извлекать выгоды, кроме, разве что, рекламной. Так давайте этим и займемся! Действительно, с ЮАШ связаны такие люди, как БК, например. Давайте не стараться поддерживать с ними контактов, разве что неделовых!
У ЮАШ долгая история. Иногда на горизонте мелькнет всякое. Можно было бы пригласить того же БК прочитать в ЮАШ лекцию, хотя бы одну, пригласить на эту лекцию нынешних преподавателей, им тоже есть чему поучиться у него. Можно пригласить Дмитриева, Куренбина... Можно их даже уговорить сделать это, несмотря на их занятость... А можно и не приглашать.
Когда пытались возродить философские семинары, на первом из них Тронь пожаловался, что БК, "конечно", не придет, хотя он и звал. Дело, однако, в том, что БК не пришел, не из-за того, что ему неинтересна деятельность в ЮАШ (при наших встречах он всегда интересуется, что происходит), а в том, что он перерос эти семинары.
Можно было бы у него поучиться как преподавать школьникам... Пригласить его именно для этого. А можно этого и не делать.
Особенность четвертая, несколько практичная, за что автор (не особенности, конечно) смиренно...
Для разнообразия поговорим о деле... Автор во время проведения занятий столкнулся с катастрофически разным уровнем знаний у учащихся. Все неприятные стороны этого легко понять.
С другой стороны в колледже творится ныне не самое хорошее черт-знает-что. Есть брожение умов в сторону от здания, расположенного на Гаванской 54-б.
Вот и делайте выводы, кто какие хочет, рассуждая о вопросе "базовой школы" для ЮАШ.
Особенность пятая, лирикоотступническая.
Однажды Олег Титов давал задание первой ступени:
— Подумайте к завтрашнему дню...
— (перебивает возмущенно-удивленный голос) Как "подумайте"??!!
А ведь могли бы и сами догадаться.
Особенность шестая или как Никто не был в курсе.
Приведу примеры.
Начну с себя, отдам дань скромности. Бывает, случается, семинар преподавателей. Бывает я там бываю. А, бывает, меня спрашивают, а почему меня не было. Бывает, и не спрашивают.
Второй пример: есть такая программа — HOU. Поконтактировали — Тронь, Титов. Сергеев решил, что заниматься этим некому — а новых людей приглашать не хочется, такова идеологическая установка. Таким образом, никто (ну, или почти никто) кроме начальства об этом не знал. Если бы я случайно не заехал бы к Бармалею, если бы случайно не встретил там Илью Каушанского, если бы случайно не затащил бы его на преподавательский семинар (там был кворум, три пятых преподавателей из пяти), если бы там случайно не зашла бы речь об этой программе — то, возможно, так бы Илья ничего бы и не узнал. А у Сергеева не было бы весьма удивленного выражения лица от мысли, что Илья может захотеть этим заниматься.
Пример третий. В некий момент занятия на третий ступени по четвергам квантово перенеслись из дома Паниной в Планетарий. Через месяц Тронь с удивлением об этом узнал.
Таких примеров можно привести еще много. Возникает вопрос: а почему так? Некий ответ может быть дан, если учесть вышеуказанный факт — нежелание привлекать новых людей раньше времени. Действительно, прознают эти новые люди о каком-либо новом начинании — и слетятся тут же. Лучше все держать в секрете. Однако возникает странная ситуация — "старые" тоже ничего не знают, собственно говоря — непонятно, кто "старый", а кто "новый". Круг нынеработающих, или нынеучаствующих, или нынедолженствующихбытьвкурсе не очерчен — т.е. некоторые люди вроде бы как участвуют в работе ЮАШ, а вроде бы и нет.
Так и обламываются HOUы.
Кстати, по тайному стратегическому плану развития ЮАШ (см. Умберто Эко "Маятник Фуко") - численность волонтеров должна в этом учебном году достичь 10-12 человек... Сейчас на лице шесть преподавателей — один из них директор, не-волонтер; один Лев Каменцев, один Алексей Аранович — который ныне не активен. Итого человек шесть-семь волонтеров, которые действительно что-то делают активно.
Может быть, придумать какое-нибудь устройство для оповещения? И назвать это устройство доской объявлений.
Особенность седьмая, об организации обучения.
Клубные дни отсутствуют (почти), спецкурсы там же (почти — в связи с HOU (см. выше) появился один), нет свежей струи в образе приглашаемых лекторов (почти — есть традиция приглашать на открытие сезона), идеи отказаться от "Интеллектуального вырождения" есть — 1 шт., книги не читаются художественные (почти, не всеми) (Ах, Бродский, говорите? А Мандельштам? Не совсем? А Ахматова? Да-да, "Поэма без героя"... Нет? Говорите, что-то слышали про "Реквием"? А Пастернак? А Пушкин? Ах, в школьной программе... Да-да, пусть коверкают, пусть не читают... Нет, что вы... Я просто спросил).
Как-то я заговорил с Олегом Титовым (он только что стал директором) о необходимости гуманитарных спецкурсов. Последовало некоторое недоумение с его стороны.
Так же по какому-то поводу появилась идея вывести младшекурсников на экскурсию по Петропавловке, которая рядом оказалась. Со стороны Олега реакция была примерно схожая.
Особенность осьмая, еретическая.
Надоела мне теория мрако-маразма! Даже не знаю почему... Может быть потому, что она теперь используются с целью рекламы юашевских неломаных мозгов для учащихся? Hence, как всякая реклама...
Особенно, если ей приписывается глубокая роль...
Особенность осьмая бэ, заключительная.
В ЮАШ есть много хорошего — прежде всего умные хорошие люди. Все об этом знают, все об этом помнят.
Но
Мне кажется иногда, что многие особенности, о которых шла речь,
происходят именно от того, что вспоминать трудно.
Одно время в ЮАШевской эхе было популярно обсуждать "дух ЮАШ",
теперь идеологический диктатор выкопал слово дискурс, более правильное, надо отметить.
На самом деле, дело не в том, дискурс присущ любой "национальности" —
если вспомнить рассуждения героя Томаса Вулфа.
Дискурс ЮАШ — конечно, свой, неповторимый, особенный, уникальный, как бы его еще обозвать.
Но таковой и у других. В таких поисках сути этого дискурса мне иногда мерещится
опасность тамплиерского синдрома. Надеюсь, я ошибаюсь. Надеюсь, я не прав.
Ибо никакая опасность ЮАШ не страшна, кроме той, что будет исходить из нее самой.
Не стоит уезжать из Парижа в стоге сена.
18 декабря 1998
Из блокнота редактора:
Лапин Илья Сергеевич —
магистрант кафедры высшей математики и математической физики
физического факультета Санкт-Петербургского государственного
университета. Преподавал в ЮАШ математику и физику
с 1997 по 1999 год.
Подробнее
e-mail:
lapin@mph.phys.spbu.ru
home page:
http://lapin.4u.ru
|
|
